В Тирасполе местные до сих пор рассказывают про парк «Джунгли».
Днём там просто старые аттракционы, краска кое-где облезла, карусели скрипят, и играет музыка, прямо как из далёкого детства. Но вот ночью парк совсем другой, как будто преображается. Особенно жутко там в конце октября, когда деревья кругом уже совсем почернели.
Рассказывают, что много лет назад там пропал один мальчик.
Он пришёл в парк с мамой на какой-то праздник, катался на той карусели с лошадками, а потом просто взял и исчез. Искали его всю ночь, прочесали все кусты, заглядывали в подвалы, даже в сливные коллекторы. Но нашли только его кепку, и то возле старого аттракциона, который работники почему-то называли «Солнышко».
И вот после этого аттракцион стал то и дело ломаться сам по себе. Электрики, конечно, божились, что питание там полностью отключено, но по ночам карусель иногда всё равно начинала тихонько крутиться.
Без музыки. Без света. Просто медленно крутилась в полной темноте.
Охранник дядя Витя однажды не выдержал и решил сам проверить, кто это там её включает. Подошёл поближе, было уже часа два ночи, и тут он видит: на одной из лошадок кто-то сидит.
Маленькая такая фигурка, и в детской кепке.
Карусель же тем временем крутилась всё быстрее.
А вот ребёнок сидел неподвижно.
И только смотрел прямо на дядю Витю.
На следующий день дядя Витя сразу же уволился и с тех пор больше никогда в тот парк не заходил. Но перед тем, как уйти, он рассказал одну очень странную вещь: когда карусель проезжала мимо, он отчётливо услышал детский голос.
— Дядя… а мама уже пришла?
И вот с тех пор в Тирасполе детям строго-настрого запрещали гулять возле этих «Джунглей» после захода солнца. Потому что если вдруг ночью в пустом парке снова заиграет та старая музыка – это значит, что карусель опять кого-то ищет, чтобы прокатить.
